Выпуск: 184 от 10/04/2015, Рубрика: Art-Review
Марк Леви: Роман с Ереваном
 
 
 
Его единственный роман имел две литературные жизни. А у него самого было жизней несметное количество. Сколько? Каких? Не скажет ни один архивариус, ни одна официальная бумага.
Одна жизнь подарила мировой литературе очередную бесценную книгу. Другая дала автору “Романа с кокаином” долгие безмятежные ереванские годы… Марк Леви по воле судьбы и двадцатого века был разлучен со своим произведением, оставаясь непризнанным автором потрясшего литературу романа. И так же по воле судьбы и двадцатого века свою последнюю жизнь провел в столице Армении. Мало кто знал об этом тогда. Мало кто знает об этом теперь.
 
 
Профессор Марк Леонтьевич
 
Студентам ереванского пединститута им. Жданова в 40 — 70-х годах прошлого века лексику немецкого языка преподавал профессор Марк Леонтьевич Леви. Многие до сих пор вспоминают своего преподавателя: кто-то как скрытного, молчаливого человека, а кто-то как веселого, добродушного, с отличным чувством юмора, гостеприимного. Но воспоминания едины в одном описании: холеное лицо, всегда элегантно одетый, похожий на иностранца, корректный. Попросишь чуть подробнее, вспомнят о том, что он увлекался любительской киносъемкой, много курил и собирал игральные карты. Сочинял музыку, подхватит кто-то. А еще (тоном ниже, сокровенно и гордо) ходили слухи, что давал Леви приватные уроки первому секретарю Компартии Армении. Жил по адресу: Ереван, пр. Ленина (ныне Маштоца), 21. По совместительству работал в отделе аспирантуры Академии наук Армянской ССР. Раз в год ездил в Москву, только вот к кому и зачем — никто не знал.
Умер Леви в 1973 году, прожив в Ереване тридцать лет. Вот, собственно, и вся его жизнь. Никто не расскажет большего — потому что никто тогда и не догадывался, что профессор Марк Леви и Михаил Агеев — одно лицо; потому что никто тогда и подумать не мог, что профессор Марк Леви и есть автор нашумевшего “Романа с кокаином”.
 
 
Не скоро сказка сказывалась…
 
В далеком 1933 году главный редактор парижского журнала “Иллюстрированная Россия” Георгий Адамович получает бандероль из Константинополя, в которой была рукопись, подписанная: “Повесть с кокаином”. Некто Михаил Агеев отправил свое произведение для участия в конкурсе молодых авторов. “Иллюстрированная Россия”, однако, повесть не публикует по причине указания подлинного имени автора, тогда как для конкурса требовалось произведение, подписанное псевдонимом. Литературный “нюх” Адамовича подсказал ему, что повесть явно не без проблеска таланта и оригинальности, потому он передает “Повесть с кокаином” Николаю Оцупу — главному редактору журнала “Числа”. Однако журнал по причине закрытия публикует лишь первую часть “Повести с кокаином” — “По запискам больного”. Отдельным изданием книга выходит в 1936 году в Париже под названием “Роман с кокаином”.
Высокая критика русской эмиграции, жаждущая новых имен, новых талантов, не преминула откликнуться на “Роман с кокаином”. Такие гиганты литературы, как Георгий Адамович, Федор Ходасевич, Альфред Бем и Дмитрий Мережковский, в своих статьях, хваля или порицая роман, неизменно подчеркивали бесспорную талантливость автора произведения — неизвестного Михаила Агеева. Однако тем и кончился поднятый критикой шум вокруг романа, а также его первая литературная жизнь, потому что вскоре — с началом Второй мировой войны — роман практически на полвека был предан литературному забвению.
Вторую жизнь “Роману с кокаином”, по общепринятой легенде, подарила Лидия Шварц, обнаружившая произведение в букинистическом магазине Парижа в 1983 году. Тогда же впервые поэтесса Лидия Червинская называет имя “Марко Леви” как подлинного автора романа. Червинская уточнила также, что Леви в начале 30-х годов прибыл в Константинополь, куда он бежал из СССР, однако затем вновь возвратился в Советский Союз. Упорно намекала престарелая поэтесса и на более чем близкие отношения с загадочным писателем, но никто тогда ее всерьез не воспринял.
В 1983 же году “Роман с кокаином” был переведен сразу на три языка — французский, английский и итальянский. Произведение получает мировую известность. И если в начале 30-х, с появлением Агеева на литературном поприще, вопрос авторства “Романа с кокаином” не привлекал внимания критиков, то с новым витком популярности романа в эпицентре обсуждений оказалась именно личность автора. Тут-то и начинаются ожесточенные литературные баталии в попытке установить подлинное имя создателя “Романа с кокаином”.
 
Версий существовало множество, однако литературная среда практически официально выдвигает самого Сирина-Набокова, любителя головоломок и мистификаций, в авторы произведения (доказательством может послужить российское издательство, напечатавшее роман “Король, Дама, Валет” Набокова и “Роман с кокаином” под одной книжной коркой). Стоит признаться: вполне в духе Вэ.Вэ. “утереть нос” врагу Адамовичу, лютому ненавистнику и порицателю всего его творчества, разыграв водевиль с отправлением и публикацией литературной “конфетки” неизвестного происхождения. Адамович на ура примет роман, напечатает, напишет дифирамбы, тут-то Сирин-Набоков и выйдет из тени безвестности и преподаст настоящий урок всем не оценившим его талант. Первая часть постановки сработала отлажено, только вот Набоков так и остался в молчании и победным криком не отбросил все сомнения по поводу авторства романа. А вот это уже совсем не в стиле маэстро: уж что-что, а славу и почтение Вэ.Вэ. ох как любил…
Предположение исследователей о явственной автобиографичности романа приводит их в гимназию Креймана, которую главный герой “Романа с кокаином” окончил в 1916 году. Тут-то и выяснилось, что в списке выпускников гимназии этого года под двенадцатым номером значился Марк Леви, тот самый, о котором упоминала поэтесса Червинская у самых истоков популярности романа! Позже, в 1997 году, были найдены и опубликованы письма Марка Леви редактору журнала “Числа”, причем в одном из писем содержалась завершающая роман фраза, пропущенная в рукописи. А 24 июня 2009 года отдел рукописей Библиотеки Конгресса США открыл доступ к архиву Владимира Набокова. Мы связались с представителями отдела рукописей Библиотеки Конгресса США, Публичной библиотеки Нью-Йорка, которые сообщили, что никакого упоминания о “Романе с кокаином” в архивах не имеется. Информация перепроверялась несколько раз. В нашумевшем вопросе авторства “Романа с кокаином” последняя точка над “i” поставлена.
 Итак, автором загадочного “Романа с кокаином” является дотоле никому не известный Марк Леви (вариант — Левин, Левит). Загадка авторства переходит в загадку автора, а критика направляется в архивы в поисках ответа на вопрос: кто он, Марк Леви?
 
 
Road movie, феерия, детектив…
 
Главный герой “Романа с кокаином” учился в гимназии Креймана. Автор, как выяснилось, тоже. Герой романа собирался поступать на юридический факультет — нетрудно догадаться, где исследователями было найдено личное дело студента Марка Леви. А в папке личного дела, среди всего прочего, был обнаружен запрос Ереванского пединститута! Далекая Армения, солнечный Ереван… Направились литературоведы в нашу столицу — обнаружили лишь могилу писателя, удивленных родственников и изумленных студентов: оказывается, их Марк Леонтьевич — писатель с мировыми инициалами. В ереванских архивах нашли литературоведы и автобиографию писателя, датированную 1959 годом.
Итак, Марк Леонтьевич Леви родился в 1898 году в семье купца первой гильдии. Окончив престижную гимназию Рихарда Креймана (в которой когда-то учился и Брюсов), поступает на юридический факультет московского университета. Однако с началом гражданской войны в небытие уходит не только царская Россия, но и завидное будущее студента Леви, а также его прошлая жизнь — бросив учебу с третьего курса, Марк Леви работает инспектором транспортно-мобилизационного отдела ВСНХ. Был командирован в поезд особо уполномоченного Совета труда и обороны Южного фронта Мирона Владимирова. Сражаясь с войсками Деникина, был контужен.
В 1921 г., с детства владея иностранными языками, начинает работать переводчиком в компании “Аркос” в Москве. Тут-то, видимо, и закрутилось… Служба у маститого “красного” Владимирова, видимо, принесла свои плоды, потому что “Аркос” (уже мало для кого секрет) — организация, в которой под прикрытием действовал советский Коминтерн. Отличная почва, не так ли? Через три года, в 1924 г., он получает заграничный паспорт и уезжает в Лейпциг. Ничего удивительного, если не видеть чисел. Это на самой-то заре советской власти, в разгаре всеобъемлющей подозрительности, когда о поездках за рубеж не мечтал ни один советский смертный, сын купца первой гильдии (беспартийный, да еще и из враждебного класса) выезжает за рубеж учиться и работать!
 Работал Леви в американско-немецкой фирме Эйтингтон Шильд инкорпорейшн, учился же, по его словам, в Лейпцигском университете на факультете национальной экономики. Окончив университет в 1928 г., два года работал преподавателем в школе иностранных языков Берлица. В 1930 г. был направлен в школу Берлица в Париже, где проработал еще два года, после чего поступил в качестве преподавателя немецкого языка в Лозаннский университет, проработав там до 1939 г. И снова даты: вспомним, в каком году Адамович получил рукопись “Романа с кокаином”. В 1933. Обратный адрес на бандероли — Константинополь! Или обманывают числа, или Леви был в двух местах одновременно, или…
Далее в своей автобиографии Леви пишет, что ввиду войны, охватившей к этому времени Европу, советским гражданам, в том числе и ему было предложено вернуться на родину. Путь возвращения Леви лежал через Францию и Турцию. На пароходе “Теофиль Готье” он попадает в Стамбул. Однако в Турции по неизвестным причинам Леви задержался еще на 3 года. Литературоведы, следовавшие по следам жизни (жизней) Леви, обнаружили справку Генерального консула СССР в Стамбуле Георгиевского от 1939 года. Консул сообщает, что в 1930 году Леви покинул Германию и перебрался в Турцию. Упоминается в справке и “Роман с кокаином” — мол, безобидная книжка без единого слова, направленного против СССР. К творчеству и искусству относить книжку (вот прямо так, уменьшительно, только отнюдь не ласкательно) не стоит, и вообще, это вынужденное произведение, написанное ради своего существования.
Данная справка — замечательная находка исследователей. Во-первых, официальное лицо уже ясно и четко упоминает “Роман с кокаином” и имя его автора. Во-вторых, всплывают все те же интересные числа: в данном документе указано, что в 1930 году Леви находился в Турции, но вот сам Марк Леонтьевич в своей автобиографии утверждал, что в начале тридцатых он был в Париже. Или обманывают числа, или Леви был в двух местах одновременно, или Марк Леви был советским разведчиком. Эту версию высказывал не один литературовед, а указывали на нее факты (вернее их отсутствие, путаница) на бумагах и следах его жизней. Есть даже предположение, что Марк Леви был в числе советских агентов, готовивших покушение на немецкого посла фон Папена в Турции в 1942 году. Громкая операция советских служб окончилась провалом. Турецкая полиция выходит на советский след, после чего советских разведчиков приговаривают к двадцати годам тюремного заключения. Однако вскоре их просто высылают из страны. Совпадение ли, что именно в этом году Марк Леви прибывает в Советскую Армению?
А далее, после прибытия в Ереван, сообщает сам Марк Леонтьевич, он работал в качестве преподавателя лексики немецкого языка на старших курсах факультета иностранных языков. Женился на армянке, имел приемную дочь. Считать ли странным фактом то, что бывший студент Леви Владимир Шахназарян пишет о неком сыне Марка Леонтьевича Юре, о котором сам отец в своей автобиографии и вовсе не упоминает? Чему верить, когда один факт опровергается другим? Ясно лишь то, что Марку Леви надо было запутать клубок своих жизней, чтобы замести собственные следы. Определенно ему это удалось.
 
 
Ереван. Без стансов и без плахи
 
Остается лишь гадать, почему выбор Марка Леви пал именно на Армению, но здесь, в Ереване, он словно заново родился — обзавелся семьей, работой, может, даже и друзьями. Начал новую жизнь — последнюю и самую долгую.
В Ереване Марк Леви молчал. Во всех смыслах этого слова. Он заключил сделку с жизнью, потому и отложил свой писательский талант в глубокий ящик стола и души, заперев его работой, семьей и жизнью, в конце концов… Потому ереванские годы писателя — да, долгие и безмятежные, но немые. “Роман с кокаином”, восхваленный белой эмиграцией и написанный без какого-либо намека на один лишь приемлемый для советского писателя соцреализм, стал единственной книгой, которую увидели читатели, — жизнь дороже. Не хотел Леви слагать стансов, потому что на плаху идти не хотелось. Достаточно феерии в прошлом. Теперь надо жить. Да и роман с Ереваном у писателя складывался очень удачно…
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Ани Мовсисян (выпускница РАУ)
Фото из личного архива семьи Марка Леви
 
 
 
URL:  Yerevan.ru
 
 
Микрофон
Fish-ка
Knowledge & skills 09/09/2019