Выпуск: 197 от 13/07/2016, Рубрика: Art-Review
Друзья “по-французски”
 
 
“Людям надо держаться вместе. 
Иначе не прожить. Иначе, старик, 
нас ждет полное одиночество и забвение”.
 
 
 
Aлчные прокатчики в погоне за успехом переврали название очередного фильма. “Les deux amis” - дословно “Два друга” - именно так называется долгожданный режиссерский дебют известного представителя французского современного кино Луи Гарреля. Идейно эта скромная авторская картина раскрывает тонкости отношений двух друзей. Хотя, на первый взгляд, фильм представляет историю о классическом любовном треугольнике.
 
Начинающий актер-неудачник Клеман (Венсан Макен) просит своего непутевого друга-романтика Абеля (Луи Гаррель) помочь ему завоевать сердце неприступной красавицы Моны (Голшифте Фарахани), продавщицы в кофейном киоске на Северном вокзале Парижа. У Моны есть свои причины избегать свиданий, но ее тайна откроется лишь после необратимых стечений обстоятельств, в результате которых трое таких разных людей вместе окажутся на улицах ночного Парижа в поисках правды и неправды, любви и дружбы, в поисках себя, в конце концов. 
 
Не верьте тем отзывам и аннотациям, обещающим неожиданную развязку и шокирующий финал. Фильм изначально не претендует на новаторство или какой-либо эпатаж. Напротив, режиссер фильма, кинематографист в четвертом поколении, демонстрирует свой особенный, но в то же время в некотором роде классический стиль. Сама камерность, некий нарочитый, на мой взгляд, универсализм картины выдержаны намеренно, возможно, с претензией на классику французского кино в будущем. Гаррель даже не смог обойтись без киношных аллюзий. Эпизод со съемками фильма о мае 1968-го в Париже отсылает к фильму “Мечтатели” о другом любовном треугольнике. Здесь эта сцена является и своеобразным трибютом Бертолуччи, у которого Гаррель сыграл свою первую крупную роль. В итоге получается постмодернизм в квадрате: фильм отсылает к одному великому режиссеру, у которого в свою очередь масса реминисценций на других, еще более ранних мастеров кино. 
 
Настоящей изюминкой фильма оказалась игра восходящей звезды Голшифте Фарахани, которая безусловно пленяет своей восточной красотой. Но фильм определенно не о ее героине. Мона служит лишь катализатором в отношениях Клемана и Абеля: у друзей, как оказалось, слишком мало общего. Но дело даже и не в этом. Каждый из героев потерян и одинок по-своему, и в этом их трагедия. Новые чувства и отношения между ними становятся и причиной, и поводом для того, чтобы понять и осмыслить старые. 
 
Кто-то может обвинить героев в инфантильности, даже в глупости и немотивированности многих поступков. И с этой точки зрения можно трактовать их шаги как протест или оправдание безысходности, лишь иногда проскальзывающей между строк  в репликах героев.
 
Концовка ставит множество риторических вопросов. Заголовок фильма на фоне двух, возможно, уже бывших друзей, заставляет задуматься о многом. 
 
Но даже если и не “копать” глубоко, фильм однозначно стоит потраченного времени, хотя бы потому, что содержит в себе ту самую особенную атмосферу настоящего французского кино. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Мария Саргсян
(“Филология”, II курс)
 
 
Комментарии
Введите код*:Click on me to change image
Микрофон
Fish-ка
Knowledge 02/10/2017