Выпуск: 151 от 12/05/2013, Рубрика: Inter-View
Тегеран – 43 и сгущенное молоко
 
 
«...мы, трое, прошедшие московскую оборону 41-ого, в лютую зиму, без тепла, без еды, до боли в глазах смотрели на изобилие тегеранских магазинов. Наметанный глаз сразу выделил банку сгущенного молока...»
 
Эдуард Амаякович Маргарян заучивал скрипичные сонаты, когда нагрянула война. Его, еще неискушенного музыканта, забрали в армию, где он служил Родине и Музыке. Два года прошли в неимоверных тяготах и трудностях. Шли ожесточенные бои за Сталинград. Великая танковая битва под Прохоровкой стала легендой.
 
Ребят из музкоманды неожиданно загрузили в вагоны и отправили в неизвестном направлении. Спустя несколько дней, выдавшие виды товарные вагоны остановились на границе Советского Союза с... Ираном. Солдат разместили в здании невзрачного аэропорта, откуда они делали «вылазки» в незнакомый восточный Тегеран. В глаза бросались высокие минареты мечетей, откуда слышались голоса муэдзинов, призывающих правоверных к молитве.
 
Война не “тронула” Тегеран. Здесь было спокойно, обильно, по вечерам необычайно светло. Улицы пестрели разнообразными фруктами и овощами. Горы диковинных фиников, грецких орехов и миндаля заманивали прохожих.
 
В один из таких невоенных дней молодой скрипач Маргарян вместе с двумя товарищами из оркестра получил увольнение. Уставшие от прогулки солдаты зашли в маленький магазин. В кармане у Маргаряна хрустели несколько купюр, полученных от земляка-армянина, проживающего в Тегеране...
 
«...перебирая в кармане бумажки, я пробежал глазами по плотно выставленному ряду банок сгущенного молока. Кое-как объяснив продавцу, что мне нужно, я заплатил и, прихватив сразу три банки, мы вышли из магазина...»
 
По-детски радостные, солдаты искали гвоздь, для того, чтобы проколоть банки. Прильнув жаждующими губами к маленькой дырочке, они наслаждались сладкой, густой сгущенкой.
 
Шел 43-ий год. Он остался в анналах истории как «Тегеран – 43». Именно в эти дни намечалась встреча трех лидеров союзных государств: президента США Рузвельта, премьер-министра Великобритании Черчилля и Верховного Главнокомандующего СССР Сталина. Вокруг встречи шла тайная невидимая борьба между спецслужбами фашистской Германии и разведчиками Советского Союза. Была пресечена попытка убийства трех лидеров силами наших разведчиков. А трое музыкантов, не ведая о тайной войне, продолжали наслаждаться сгущенкой.
 
«...нас, музыкантов, на два года оставили служить в Тегеране, где мы по вечерам играли для дружественных офицеров «западную» музыку: вальс, фокстрот. Бывало, и сам персидский шах наслаждался нашей музыкой...»
 
Война закончилась. Начиная с 47-ого по 82-ой год Эдуард Амаякович Маргарян играл в Государственном Симфоническом театре Армении. Грудь его единственного военного кителя пестрит многочисленными медалями и орденами как военного, так и послевоенного времени. Одних медалей за оборону Москвы в разные годы ветеран получил аж целых пять. Среди них почетное место занимает Орден Великой Отечественной войны, самый дорогой сердцу ветерана.
 
Теперь Эдуарду Амаяковичу 92 года. Скоро он со своей неразлучной супругой отметит шестидесятилетие совместной жизни.
 
Эдуард Амаякович успел побывать в Москве, Ленинграде, Прибалтике, Казахстане, Киргизии, Азербайджане, впоследствии остался в родном Ереване.
 
Жизнь идет к закату... Иногда то и дело вспоминается сладкий, приторный вкус тегеранского сгущенного молока...
 
 
 
 
 
 
Эмине  Рухкян
(Институт Медиа, Рекламы и Кино, специальность "Журналистика", IV курс)
 
 
 
Комментарии
Введите код*:Click on me to change image
Микрофон
Fish-ка
Idea 12/03/2019